Мы все помним

Утро. Взошло солнце. Бодрящими лучами своими заглядывает оно во все уголки. Скользнув по кронам деревьев, заглянуло оно и в мое окно.
Сегодня праздник. Нет войны, нет убийств, нет голода и разрух, нет слез и мучений. Есть только радость и счастье.
Веселые, нарядные, мы с братом идем на демонстрацию. Сегодня, как никогда, мое родное село с самого утра и до позднего вечера оживленно бурлит.
На демонстрацию идут все. Приходим и мы, школьники. Бодрые, молодые, счастливые, с транспарантами в руках, мы идем под удары барабанных палочек и под звуки задорных пионерских горнов.
Начинается демонстрация. Звучит гимн нашей Родины, и мы все, как один, замираем. Все наше внимание сосредотачивается на взволнованных голосах, на блеске медалей и орденов бывших партизан и фронтовиков, стоящих на трибуне. Мой взгляд останавливается на медалях и орденах Ильи Ефимовича Зубарева. Я хочу их сосчитать. Вот медаль «За боевые заслуги». Ее он получил за ряд успешных боевых операций уже в партизанском отряде «Смерть немецким оккупантам». А это орден Славы III степени. Его вручили ему за форсирование Днепра. Рядом блестит еще медаль - «За отвагу». Да... Дорого обошлось ему то задание, за выполнение которого он получил эту медаль. А было это вот как.
Илья Ефимович командовал взводом саперов. Недалеко от населенного пункта Юрьевичи фашисты сделали проволочные заграждения. Чтобы наша пехота могла нанести удар по врагу, предстояло сделать проходы. Этот приказ был дан взводу Зубарева. Стояла морозная декабрьская ночь. В белоснежной тишине ее гулко отдавался каждый звук.
Старшина Зубарев перерезал уже три ряда проволоки, осторожно подполз к четвертому, и тут фашисты, обнаружив саперов, открыли по ним минометный огонь. Он сразу не почувствовал боли, только вдруг выпали из рук саперные ножницы. А потом —госпиталь, откуда он вышел без обеих рук.
Но этот мужественный человек не упал духом. Он живет и трудится для людей, является депутатом сельского Совета, активным селькором. Часто можно видеть в газете «По заветам Ленина» его заметки. Илья Ефимович научился писать протезной рукой.
С гордостью за своих односельчан слушаем мы рассказы о трудных годах войны, о героических подвигах людей, проливших кровь за наше светлое будущее, за тишину и мир.
Все мужчины ушли на фронт. В селе остались только старики, женщины и дети Немцы пришли сюда осенью этого страшного года. Многие люди не успели эвакуироваться в тыл, остались в своем селе. За эти годы много их погибло, а те, кто остался в живых, сейчас стоят здесь, на площади, и перед их глазами снова и снова встают картины войны.
Трудно представить себе в этот весенний солнечный день, когда за душистые липы и тополя цепляется кружевная дымка чистого неба, когда распускаются цветы, те страшные зимние месяцы, когда фашисты ходили по улицам и топтали нашу землю своими тяжелыми сапожищами.
После демонстрации мы идем в сквер, чтобы почтить память погибших.
В нашем сквере находятся две братские могилы, воздвигнуты два памятника: памятник Лапшову и воину-освободителю. Мы подходим к могилам, люди склонили головы и вспомнили о погибших, захороненных здесь. В эти минуты мне всегда вспоминается моя отважная односельчанка с двумя маленькими детьми, расстрелянная немцами.
... В Ульянове,- фашисты. Вот-вот должны прийти наши советские солдаты. Идет кровопролитный бой, но силы были слишком неравные, поэтому партизанам пришлось отступить. Одного раненого партизана никак нельзя было унести с собой в лес, и тогда Евдокия Петровна Матюхина взяла его к себе домой и спрятала на чердаке.
Каждое утро нового дня она пробиралась на чердак, кормила его, перевязывала, а потом стирала бинты. Она хорошо знала, что он пролил кровь в за ее детей, за нее,  за тысячу таких же, как она. Партизан выздоравливал. Но про него узнал полицай и донес немцам. И вот избитая, обессиленная, она с гордо поднятой головой стоит перед фашистскими палачами.
Перед расстрелом ее заставили рыть для себя могилу. Было холодно. Земля уже замерзла, и копать ее было трудно. Лицо женщины посерело от горя, обессиленная, она потеряла сознание. Потом очнулась, стерла с лица рукавом пот и стала копать дальше. Волосы выбились из-под платка, их слегка трепал ветер, как бы упрашивая ее не умирать. А смерть приближалась... С каждым движением ее рук могила углублялась. Вот еще на лопату углубилась, еще...
- Быстрей - торопит фашист.
Рядом стоят два маленьких ее сына. Тот, который поменьше, ничего не понимает. Белобрысенький, он с удивлением смотрит на мать своими голубыми, наивными глазенками. Старший заплакал, но ему пригрозили автоматом, и теперь он стоит, дрожа от страха, с полными глазами слез, еще не понимая того, что через несколько минут он не увидит больше ни свою мать, ни поле, ни небо, что уже никогда не будет дышать этим воздухом...
Когда освободили село, могилу раскопали. Мать лежала вверх головой, раскинув в стороны руки. На одной из них лежал младший сын, старший был в ногах. К девятому мая тысяча девятьсот сорок пятого года их перенесли в сквер, в братскую могилу. И теперь каждый год жители нашего села приходят почтить память сынов и дочерей нашей Родины, отдавших свои жизни за человеческое счастье, за прекрасное наше будущее. В этот день лучшие пионеры и комсомольцы нашей, школы стоят с красным знаменем в руках в почетном карауле у братских могил. Каждый раз в этот день гремит салют в честь погибших, а на могилы возлагаются венки и живые цветы. Несут их медленно, тихо, бережно укладывают к подножию памятников.
Дольше всего мой взгляд останавливается на памятнике воину-освободителю. Перед нами стоит солдат, прямо и строго, словно СИМВОЛ вечной юности. Когда я смотрю на этот памятник, мне хочется, чтобы хоть на минуту ожил каменный солдат, увидел плывущие облака, услышал, как пахнут недавно распустившиеся тополя, чтобы тронула улыбка лицо юноши, отдавшего свое сердце Родине. Но он не оживает. Не оживут миллионы таких, как он.
Зачем все эти памятники? Памятники нужны не мертвым. Они нужны нам, живым, чтобы у их подножий стало до боли, до крика жалко чьей-то расстрелянной юности,
Шумят тополя. В глубоком молчании застыли у памятников люди. Горит вечный огонь на солдатских могилах. Трепещет на ветру пламя Обжигает наши сердца. Мы все помним. Мы ничего не забыли.

Н. МУРАВЬЕВА, ученица 10-го класса Ульяновской средней школы.

 

Источник: газета "ПО ЗАВЕТАМ ЛЕНИНА" №53-54 (5081-5082) от 01.05.1975

Добавить комментарий

ЖАР-ЦВЕТОК

ogonyok

Евгения Нерская

Евгения Нерская

Ульяново на карте

© 2016 Моё Ульяново. Все права защищены.